- ЕКАТЕРИНОСЛАВ, 6 апреля 1911.[/b] Лекция П.Н.Милюкова имела большой успех. Спрос на билеты был так велик, что пришлось чтение лекции перенести в огромный скэтинг-ринг. На лекции было много союзников [представителей Союза русского народа], решивших в противовес П.Н.Милюкову пригласить для чтения лекций Илиодора. [/b][/i]
«Русское слово», 20 (07) апреля 1911 года. [/i]
Через некоторое время (в 1926 г.) Екатеринослав будет переименован в Днепропетровск
– в честь советского партийного деятеля Г.И.Петровского. Остальные участникам этого действа в будущем повезло: они не были расстреляны при советской власти, им удалось бежать за границу.
Екатеринослав[/i]
Павел Николаевич Милюков [/b](1859, Москва — 1943 Франция) — русский политический деятель, историк и публицист. Лидер Конституционно-демократической партии (Партии народной свободы, кадеты). Министр иностранных дел Временного правительства в 1917 году. Считал, что Россия должна быть «конституционной и парламентской монархией». После начала I мировой войны — сторонник «войны до победного конца» и требовал передачи России контроль над проливами Босфор и Дарданеллы… Поддержал корниловское восстание (это еще при Временном правительстве) - "мятеж большевиков грозил воцарением полной анархии, тогда как планы Корнилова имеют целью спасти Россию от окончательного распада".
[/b]
(Странная партия «кадеты» - от всего взято: и монархия, и конституция, и демократия, и «народная свобода», и империя во что бы то ни стало…)
Н.П.Милюков[/i]
После большевицкого переворота бежал во Францию. Продолжал критически относиться к большевикам, но поддерживал имперскую внешнюю политику Сталина. Приветствовал в 1939 заключение пакта СССР с Германией и объявление СССР войны Финляндии. [/b]С начала нападения Германии на СССР заявил о солидарности с правительством СССР, тяжело переживал поражение Красной Армии - «Мне жаль финнов, но я за Выборгскую губернию». Незадолго до смерти искренне радовался победе советских войск под Сталинградом. Умер в 1954 г. и похоронен во Франции.
Монах Илиодор [/b](в миру — Сергей Михайлович Труфанов) (1880, станица Мариинская — 1952, США) — иеромонах (затем расстрига), русский духовный и политический деятель. Фигура правого движения начала XX века. По происхождению донской казак.
[/b]
![Монах Илиодор: святой дьявол]()
Этот «святой» человек не брезговал ничем, чтобы быть в центре внимания и обрести влияние на царскую семью. Он бросил вызов самому Григорию Распутину, однако проиграл битву за место подле Николая II.
Сергей Труфанов появился на свет 19 октября 1880 года в одной из донских казаческих станиц. Однако юношу потянуло к духовной жизни. Он поступил в Санкт-Петербургскую духовную академию и затем постригся в монахи под именем Илиодор.
Новоиспеченного инока направили в знаменитую Почаевскую Лавру. Вот только суровые будни монахов и смирение вскоре оказались ему не по нутру.
Вскоре Илиодор проявил свою бунтарскую сущность. В 1905—1906 гг., когда молодой инок жил в Почаевской Лавре, следуя ее настоятелю, он вступил в организацию «Союз русского народа», которая ратовала за объединение всех русских, сближение царя с простыми людьми и за установление демократии. Чтобы доносить идеи «Союза» до обывателей, Илиодор устраивал митинги, на которые сходилось много народу. Он имел немалый успех благодаря своим зажигательным речам, которые находили поддержку в толпе.
Влиятельные покровители[/b]
Помимо призывов любить Отечество и царя, «Союз» выступал против евреев, особенно, против «еврейских капиталистов», которые, по мнению членов организации, не давали жизни простым рабочим. Илиодор стал одним из лучших рупоров «Союза». Не только в проповедях, но и на страницах газет он вел крайне резкую агитацию против евреев и инородцев вообще, выступал против интеллигенции и призывал массы к погромам; постоянно нападал на высших должностных лиц на государственной и на церковной службе. Монах так проникновенно говорил об интересах страдающего крестьянства, что приобрел значительную популярность у этого слоя населения.
В 1907 году Синоду, наконец, надоела антицерковная деятельность Илиодора и его пропаганда (светские власти также вели борьбу с «Союзом» и его экстремистскими настроениями), поэтому иноку запретили литературную деятельность. Правда, к тому времени Илиодор успел завоевать популярность и у различных влиятельных лиц, а потому на запреты Синода попросту наплевал, продолжая свои выступления и оставаясь при этом безнаказанным.
Затем произошла судьбоносная для Илиодора встреча с еще одним «святым старцем» - Григорием Распутиным, который становился все более влиятельной персоной при дворе. Они познакомились, когда монах еще был учащимся семинарии, но приятельствовать стали позже. Распутин почувствовал расположение к новому другу и поспособствовал его карьере.
Сперва Илиодор пел в прессе своему покровителю дифирамбы. «О Григории Ефимовиче кричат во всех жидовских газетах самым отчаянным образом. На него нападает самая гадкая, самая ничтожная часть людей – наша безбожная интеллигенция и… вонючие жиды. Нападение последних доказывает нам, что он – великий человек с прекрасной ангельской душой», – писал он в одной из газет.
Борьба с «жидо-масонами»[/b]
Вскоре Илиодор приобрел немалое влияние и встречался со многими знатными людьми того времени, особенно очаровывались им женщины- аристократки. Исследователи начала ХХ в. отмечают, что с точки зрения общественного влияния Илиодор в ту эпоху, то есть до 1912 года, был фигурой даже более значимой, чем Распутин.
Церковные власти же с трудом мирились со своеволием этого монаха и перевели его из Петербурга в Царицын (Волгоград). Опять-таки попасть туда ему помог Распутин, который дружил с местным епископом Гермогеном. Гермоген также благоволил Илиодору, и вскоре тот развернул в Царицыне бурную деятельность. Он снова начал выступать с проповедями, которые принесли ему популярность за то, что он резко нападал на местную администрацию, в частности, на саратовского губернатора Татищева.
Более того, многие стали почитать монаха за святого и чудотворца, так как тот принялся за лечение больных и изгнание бесов. По благословению Григория Распутина, Илиодор основал в Царицыне мужской Свято-Духов монастырь.
Синоду же активность и слава Илиодора нравились все меньше. В 1909 году он запретил монаху служение. Хотя на бунтаря это нисколько не повлияло. Тот назвал распоряжение Синода «безблагодатным и беззаконным» и продолжил свою работу. Тогда Синод постановил перевести инока в Минск – подальше от ключевых властных фигур, но тот никуда не поехал, и Синоду не оставалось ничего другого, как отменить свое постановление.
На этом противостояние высшего церковного органа и непокорного монаха не закончилось. В январе 1911 года Синод снова постановил перевести Илиодора еще дальше от столицы - в Новосильковский монастырь Тульской епархии. После двухдневного шумного протеста Илиодор этому решению все же подчинился и выехал из Царицына, оставив около 500 тыс. руб. долга, сделанного им для постройки нового храма и других монастырских нужд. Когда в Синоде уже думали, что обуздали бунтаря и провокатора, тот сбежал из Новосильковского монастыря и, как ни в чем ни бывало, вернулся в Царицын!
Но тут уже церковные власти привлекли и полицию. В город Труфанова не пустили, отцепив от состава вагон, в котором он ехал. В конце концов, монах отправился в назначенное ему место. Как раз в это время в саратовской губернии сменился губернатор: вместо Татищева был назначен Стремоухов. Причем, он согласился на эту должность только после удаления Илиодора!
В течение 1911 года наш герой совершал паломничество через поволжские города в Саров, продолжая баламутить народ. Он подбивал своих поклонников к хулиганству, избиению прохожих и т. п.
При этом Труфанов вещал, что хочет спасти любимого им царя и Россию от влияния масонов и их ставленника Столыпина. «Государь находится в руках жидо-масонов- министров, из которых самый опасный - Столыпин, что министров следует драть розгами, а Столыпина обязательно по средам и пятницам, чтобы он помнил постные дни и чтобы выбить из него масонский дух», - так проповедовал этот инок.
Правда, своими проповедями он добился лишь того, что его начали ненавидеть не только в Синоде, но и в верхах светских властей, так как он вел толпы на погромы и дебоширства. А в полиции уже потеряли покой от деяний «святого» отца.
Ссора с Распутиным[/b]
С Илиодором никак не могли расправиться раз и навсегда вот по какой причине. Многим приближенным Николая II фигура Распутина и его возрастающее влияние начинали сильно действовать на нервы. Поэтому они оказывали протекцию Илиодору, чтобы с его помощью бороться со «святым старцем». Правда, Труфанову самому так хотелось занять его место, что он от зависти страшно разругался с Распутиным. Что и вышло ему боком.
Вообще ссора возникла между епископом Гермогеном и Распутиным. Епископ, сперва очарованный царским любимцем, а потом разочаровавшийся в нем, потребовал, чтобы тот покинул Петербург. Когда фаворит Николая резко ответил, что вовсе не намерен этого делать, епископ закричал: «Так ты, грязный развратник, не хочешь подчиниться епископскому велению! Так знай, что я, как епископ, проклинаю тебя!». После этих слов рассвирепевший Распутин бросился на владыку с кулаками. Опасаясь, что в припадке ненависти он прикончит епископа, присутствующие при этой сцене поспешили на выручку Гермогену. Распутина еле от него оттащили. «Старец», обладавший большой физической силой, вырвался и бросился наутек. Его, однако, нагнали Илиодор, келейник и странник Митя и порядочно отколотили. И царский любимец пообещал отомстить своему теперь уже бывшему приятелю.
Ссора двоих «святых» имела для всей Российской империи самые тяжкие последствия.
Распутин бросился к царю жаловаться на Гермогена и Илиодора. Государь взял его сторону, вследствие чего обидчики царского друга попали в опалу и были сосланы в отдаленные монастыри: Илиодор попал во Флорищеву пустынь (Нижегородская обл.). Гермоген с наказанием смирился, Илиодор – нет. Он затаил злобу, но месть его оказалась направленной не на одного Распутина. Обиженный инок метил выше. И воспользовался, как сейчас бы сказали, приемами «черного» пиара.
Вскоре по Петербургу стали гулять несколько писем – одно императрицы Александры Федоровны, остальные ее дочерей, к Распутину. Они давали повод к самым возмутительным пересудам. Письма были написаны в таком ключе, что можно было подумать, что Григорий Распутин состоит в интимных отношениях не только с царицей, но и с юными царевнами. Весь Петербург просто задохнулся от возмущения, а письма пошли гулять дальше и рождали все новые слухи. Мол, царевич Алексей был сыном Распутина, а не Николая.
Существует две версии происхождения этих опусов: по одной, Распутин подарил их Илиодору, чтобы подтвердить свою близость ко двору, по другой – Илиодор сам их украл.
За это громкое дело взялась полиция. Сыщики нашли настоящие письма царской семьи к Распутину, выкраденные ранее, в которых, понятное дело, и намека не было на столь порочащую царицу связь. Они были написаны как близкому другу семьи, но не более того. К сожалению, уже было слишком поздно. Как высшее общество, так и далекий от царя люд поверил фальшивкам Илиодора. И ненависть к Николаю и Распутину разгорелась в народе с еще большей силой.
Шантаж императрицы[/b]
Тем временем, в январе 1912 года Илиодор внезапно обратился с посланиями в Синод и к почитателям, в которых заявил, что раскаивается в своей деятельности, просит прощения у евреев и отрекается от веры в православную церковь. Он был расстрижен и освобождён из монастыря.
В январе 1912 года состоялось и было приведено в исполнение постановление Синода о заточении Илиодора во Флорищеву пустынь Владимирской епархии. В конце того же года года за тягчайшие преступления против Церкви с Илиодора сняли сан.
Потеряв возможность церковной карьеры, он отрёкся вообще от православной веры.[/b] 20 ноября 1912 года, разрезав руку бритвой, Илиодор написал в Синод послание:
Я… отрекаюсь от вашего Бога. Отрекаюсь от вашей веры. Отрекаюсь от вас как от архиереев…
Он также просил прощения у интеллигенции и евреев, против которых непримиримо выступал в своё время:
Народ израильский! Светоч мира! Ты особенно прости меня!
Более того, бывший православный пытался создать новую религию, в которой богом был бы он сам.
При этом не стоит думать, что такой человек действительно мог в чем-то раскаяться. Еще будучи в Царицыне, он организовал одно из покушений на Распутина, которое осуществила Хиония Гусева. В свое время она была очарована речами Илиодора и самим монахом. Хиония принимала энергичное участие в сборе пожертвований на построение Царицынского монастыря, ездила по богатым купцам Царицына и других городов. Считается, что именно Труфанов надоумил Гусеву броситься на Распутина с ножом. Она серьезно ранила царского любимца в живот, но тот выбрался из лап смерти.
Сама Хиония была дамой довольно странной. Да еще до крайности обезображенной сифилисом – у нее отпал нос. Сама она на допросах объясняла это тем, что она молила Бога отнять у нее красоту. И он отнял. Правда, Илиодор дал этому вполне земное пояснение. Во время паломничества по святым местам, ночуя по ночлежным домам в больших городах, Гусева, якобы, заразилась сифилисом.
Самое смешное, что когда Илиодор был заточен в монастырь, то Хиония, прежде религиозная, резко изменилась и в церковь ходить перестала.
После неудачного покушения на своего некогда друга и покровителя Труфанов, опасаясь преследований как с его стороны, так и со стороны властей, переодевшись в женское платье, бежал в Норвегию. Там он принялся писать антираспутинский памфлет «Святой черт» (в нем Илиодор насочинял то, чего Распутин, как попом выяснилось, не делал и не говорил), в чем ему очень помогал не кто иной, как Алексей Максимович Горький. Кстати, друзья-писатели Горького помогли Труфанову пересечь границу с Финляндией.
Стремясь отхватить хоть какой-то куш, бывший монах принялся за шантаж, и не кого попало, а императрицы. Берясь за свою книгу, в 1916 году Труфанов предлагал Александре Федоровне купить во избежание скандала свою книгу, в противном случае угрожал передать ее немцам, чтобы те разбрасывали экземпляры с германских аэропланов над позициями русских солдат (на фронтах Первой мировой войны). Императрица ответила отказом.
Когда Илиодор все же издал свое произведение, Распутин уже погиб от пуль убийц, и эта публикация уже не произвела того шума, на который рассчитывал беглый монах.
Ветер перемен[/b]
После Октябрьской революции Труфанов резко поменял свои взгляды и стал приверженцем коммунизма. «К октябрьской революции отношусь сочувственно, ибо после февральской революции остались помещики, купцы и фабриканты, которые пили народную кровь», - писал он в письме Ленину. После этого Труфанов попытался создать на царицынских землях коммуну «Вечного мира», объявлял себя то «русским папой», то «патриархом».
В 1922 году он покинул СССР и оказался в Берлине, а когда его европейская карьера не задалась, перебрался в Америку, где в поисках доходного места обошел все известные церкви и секты, не исключая Ку-клукс-клана, написал несколько книг и работал, по разным данным, швейцаром в одной из нью-йоркских гостиниц или уборщиком в страховой компании. Известно также, что Труфанов обращался с письмом к владыке Феофану (Быстрову), обучавшему его в начале века в Петербургской академии и предупреждавшему от непомерной гордости: «Я сознаю мои непростительные грехи перед Святою Церковью и лично перед Вами и прошу, умоляю Ваше Высокопреосвященство помолиться обо мне, погибающем, чтобы принести Господу сокрушенное покаяние и избавиться от обольщения, в каком я находился». Искренен он был или нет, этот переменчивый человек, кто скажет? Впрочем, судя по всему, умер он не в лоне Православной церкви, а будучи баптистом Произошло это в 1952 году.
Подготовила Анна Попенко,