Авторизация
 

Почему Советский Союз оказался больше не нужен Америке


США профинансировали Октябрьскую революцию и способствовали созданию СССР в качестве инструмента для оказания политического, экономического и военного давления на Европу. Если инструмент хорошо работает, никто не будет его ломать. Смысл в поломке инструмента возникает только в трёх случаях: 1) инструмент перестаёт работать; 2) появляется другой, более эффективный инструмент; 3) старый инструмент становится опасным для хозяина.



В случае с СССР имели место все три причины, и временные рамки в их появлении можно очертить, опираясь на следующие знаковые события:



1956 год — президент США Дуайт Эйзенхауэр категорически запрещает ЦРУ вмешиваться в Венгерское восстание на стороне «борцов за свободу», и тем самым спасает коммунистическую систему в Венгрии.



1978 год — ЦРУ совместно с КГБ и польской СБ принимает участие в подготовке Польской революции, имеющей целью свержение коммунистической системы в Польше.



Таким образом, за двадцать с небольшим лет реальная позиция США по вопросу ликвидации коммунистической системы сменилась на полностью противоположную.



Какие же события, произошедшие за это время (1956-1978), подтолкнули Америку к переходу от тайного сотрудничества с Советским Союзом к постепенной ликвидации коммунистической системы? Ключ к разгадке находится в Европе и на Ближнем Востоке.



В результате Суэцкого кризиса 1956 года СССР и США пресекли попытку Англии и Франции вернуть себе контроль над Суэцким каналом, и над Европой нависла совершенно реальная опасность оказаться отрезанной от поставок ближневосточной нефти.



А тем временем спонсируемые Советским Союзом национально-освободительные движения в колониях продолжают доламывать европейскую колониальную систему, и перед Западной Европой вырисовывается реальная перспектива быть отрезанной от источников природных ресурсов, без которых европейская экономика просто рухнет (или придётся у своих же бывших колоний эти ресурсы просто выклянчивать, и переплачивать за них втридорога).



В таких условиях европейские лидеры сделали для себя правильные выводы: любая европейская страна, даже самая сильная, в одиночку не сможет противостоять своим геополитическим противникам — Соединённым Штатам Америки и Советскому Союзу, и чтобы выжить, необходимо объединяться. Об этом европейцев предупреждали ещё 10 лет назад, но тогда они шевелились очень медленно.



Мозг Европы — это Англия. При всём уважении к другим европейским государствам и их народам, необходимо всё же признать, что с конца XVIII века именно британцы определяли направление исторического развития Европы, а все попытки других европейских государств стать гегемонами заканчивались неудачей.



Однако в результате Второй мировой войны Великобритания оказалась в катастрофическом положении. Экономика была полуразрушена, а колонии, почувствовав ослабление английских хозяев, стали добиваться независимости (при горячей поддержке со стороны СССР и США), и Британская империя затрещала по швам.



В 1945 году Консервативная партия во главе с Уинстоном Черчиллем потерпела сокрушительное поражение на выборах, и нередко англичан за это упрекают — вот они какие неблагодарные, Черчилль для них войну выиграл, а его соотечественники не оценили заслуги героя, и проявили такое свинство!



Однако реальные правители Англии, которые имеют возможность определять результаты выборов, поступили совершенно правильно — Черчилль войну не выиграл, а проиграл, и проигравший должен уйти. В результате Второй мировой войны Черчиллю удалось отстоять остров Великобритания, но Британскую империю сохранить уже было невозможно, и наиболее дальновидные люди понимали, что в течение двух десятков лет она будет развалена.



Но всё же Черчиллю дали возможность доказать, что он ещё на что-то способен, и он энергично принялся за дело. Он умел хорошо выступать и произносить речи, и ему было поручено идеологическое обоснование новых направлений британской политики.



Великобритания должна была решить две основные задачи: 1) поссорить СССР и США; 2) объединить Европу (умным людям уже тогда было ясно, что без объединения у Европы нет будущего).



В марте 1946 года бывший премьер-министр Уинстон Черчилль в ходе поездки по США навязывал американцам концепцию «Железного занавеса» и «Холодной войны» (а неизвестные широкой публике британские разведчики обрабатывали президента Трумэна), и хотя бы на время президентства Трумэна первую задачу решить удалось.



Для решения второй задачи 19 сентября 1946 года в ходе поездки по Швейцарии, выступая в Цюрихском университете, Уинстон Черчилль призвал к созданию «Соединённых Штатов Европы», аналогичных Соединённым Штатам Америки. Именно с Цюрихской речи Черчилля принято отсчитывать историю европейской интеграции, приведшей впоследствии к созданию Европейского Союза.



Соединённые Штаты Америки не могли допустить создания «Соединённых Штатов Европы», и стали искать выход из положения. Дело осложнялось тем, что президент Гарри Трумэн фактически работал на англичан, поэтому американской элите пришлось действовать в обход президента. 5 июня 1947 года государственный секретарь США Джордж Маршалл выдвинул план экономической помощи европейским странам.



Иными словами, Джордж Маршалл предложил перекупить Европу. А европейские страны после войны находились в бедственном положении, и от денег отказываться не стали. Однако про «Соединённые Штаты Европы» любые разговоры пришлось прекратить.



4 апреля 1948 года Конгресс США утвердил «План Маршалла», юридически оформив его законом «Об экономическом сотрудничестве», и 17 европейских стран стали получать американские деньги.



Кроме отказа от «Соединённых Штатов Европы», в обмен на американскую финансовую помощь европейцам пришлось пожертвовать и своей военной независимостью.



Ровно через год после утверждения «Плана Маршалла», 4 апреля 1949 года, европейским странам пришлось вступить в военный блок НАТО. По правилам этого блока верховным главнокомандующим силами НАТО в Европе всегда является американский генерал, поэтому европейские армии фактически оказались в подчинении у американцев.



Американская помощь — это такая вещь, которая только на первый взгляд приятная. Однако за неё приходится расплачиваться, в том числе своей независимостью. А иногда приходится расплачиваться натурой.



Советский Союз, надо сказать, очень здорово помог американцам загнать в НАТО европейские страны — Группа советских войск в Германии была сильнее любой европейской армии, и представляла собой совсем не иллюзорную угрозу. И эта угроза стимулировала европейцев побыстрее соглашаться на американские требования. Если бы не советские войска в Восточной Германии, американцам скорее всего вообще бы не удалось убедить Западную Европу вступить в НАТО.



Тем не менее, определённую пользу из «Плана Маршалла» европейцы извлекли, и смогли достаточно быстро восстановить свою промышленность после военных разрушений. Американцы даже испугались такого быстрого восстановления, и в декабре 1951 года экономическую помощь по «Плану Маршалла» очень сильно сократили.



Американская элита прекрасно понимала, что мозговой центр Европы — это Великобритания, и если установить над ней контроль, то большинство проблем с Европой будут сняты автоматически. Американцы планировали просто купить Британию ещё в конце 1945 года, и тогда англичане пошли на нестандартный ход — в 1946-1949 годах национализировали Банк Англии, угледобывающую, горнорудную и сталелитейную промышленность, нефтяную и газовую промышленность, электроэнергетику, железнодорожный и авиационный транспорт, телефонные компании.



Дело было не в том, что английский король собрался строить социализм, просто национализация была единственным способом, позволявшим в условиях сильнейшего экономического кризиса и послевоенной разрухи защитить свои стратегические отрасли от скупки американцами. То, что не успели национализировать, в значительной степени скупили американские компании, и американский капитал стал контролировать около 10% промышленного производства Великобритании.



Впоследствии, в 1980-х — 1990-х годах почти всё национализированное было приватизировано, и американцам удалось урвать себе дополнительные куски британской собственности. Например, в крупнейшей нефтяной компании BP («British Petroleum») британским акционерам принадлежит 40% акций, а американским акционерам — 39%.



И плюс к этому контролю над частью экономики — задолженность по кредитам, да ещё и 5 американских военных баз, которые пришлось разместить в обмен на финансовую помощь.



При таких обстоятельствах открыто выступать против США было нельзя. Это только «отставникам» вроде Черчилля позволялось, и то не всегда. Поэтому приходилось действовать окольными путями, и эти обстоятельства обусловили некоторые особенности послевоенной британской стратегии в геополитике. Великобритания стала действовать по принципу «Всегда соглашайся с начальством, но делай по-своему».



Англичане стали позиционировать себя как младших партнёров американцев, почти всегда (за исключением Суэцкого кризиса) публично поддерживали любые американские инициативы, с восторгом выражали свои дружеские чувства по отношению к Америке, и демонстрировали свою услужливость и покорность. Но при этом, используя своих европейских марионеток (таких. например, как Жан Монне и Шарль де Голль), англичане принимали меры к постепенному выдавливанию американцев из Европы.



Иными словами, англичане стравливали континентальных европейцев и американцев, а сами как бы оставались в стороне, при этом закулисно управляя действиями европейских руководителей. Двое дерутся, третий радуется. Это высший пилотаж в политике. У британских джентльменов есть чему поучиться.



Когда в апреле 1949 года европейцев загнали в блок НАТО, американцы успокоились, но британские джентльмены уже приготовили для них сюрприз.



5 мая 1949 года в Лондоне собрались представители 10 европейских государств, и создали Совет Европы — организацию, предназначенную «для защиты и продвижения идеалов и принципов, являющихся их общим наследием», «защиты и развития прав человека и основных свобод». Это был второй шаг на пути к европейской интеграции после Цюрихской речи Черчилля.



Затем был сделан третий шаг — уже в экономическом направлении.



Экономическая интеграция могла в отдалённой перспективе привести к созданию общеевропейской валюты, которая могла стать опаснейшим конкурентом доллара. И американские правители не могли этого не понимать. Их реакцию предсказать было сложно, и поэтому британские джентльмены решили сами не подставляться под удар, а бросить в бой своих французских марионеток.



Руководитель французской Генеральной комиссии по планированию Жан Монне в 1949-1950 годах разработал план создания международной организации, которая поставила бы под свой контроль всё европейское производство угля и стали. Тем самым, по мнению Жана Монне, будет обеспечен общий рынок этих товаров, что станет способствовать хозяйственному возрождению Европы.



Жан Монне провёл тайные переговоры со многими европейскими руководителями, в том числе с канцлером ФРГ Конрадом Аденауэром. Это было сложнее всего, так как между немцами и французами была исторически обусловленная взаимная ненависть, но Жану Монне удалось договориться, и получить согласие Аденауэра в мае 1950 года. С тех пор Франция и Германия перестали быть врагами.



После получения согласия немцев дело перешло от стадии тайных переговоров, которые проводил Монне, к стадии официальных юридических процедур. 9 мая 1950 года министр иностранных дел Франции Робер Шуман на основании доклада, подготовленного Жаном Монне, выступил с декларацией от имени французского правительства с предложением объединить металлургическую, железорудную и угледобывающую промышленность Франции и Западной Германии, и призвал присоединиться к этому объединению все желающие европейские страны.



18 апреля 1951 года Франция, ФРГ, Италия, Бельгия, Нидерланды и Люксембург подписали Парижский договор о создании Европейского объединения угля и стали — первого в европейской истории экономического союза. Первым председателем Европейского объединения угля и стали был назначен инициатор его создания — Жан Монне.



9 мая 1950 года, когда Робером Шуманом была озвучена идея Жана Монне, теперь отмечается в Европейском Союзе как День Европы, а самого Жана Монне теперь именуют «Отец Европы».



Жан Монне также предлагал создать Европейское оборонительное сообщество вместо НАТО, но его идея была слишком смелой для того времени, и поэтому не прошла. В 1955 году он ушёл на пенсию, и создал Действительный комитет Соединённых Штатов Европы, который стал продвигать идеи союза европейских государств, включая создание Общего рынка, общеевропейской денежно-кредитной системы, Европейского Парламента. Всё это было впоследствии создано.



Почему Жан Монне стал «Отцом Европы»? Это вопрос из разряда — казалось бы, причём здесь Англия? Ответить на этот вопрос помогают некоторые детали биографии будущего «Отца Европы».



Жан Монне родился в 1888 году во французском городе Коньяк в семье торговца коньяком (бывают же совпадения!), и в возрасте 16 лет переехал в Лондон, где находился филиал отцовской фирмы, и управляющим этим филиалом был англичанин по фамилии Чаплин (был ли он родственником киноактёра Чарли Чаплина, неизвестно).



Мистер Чаплин учил молодого Монне заниматься бизнесом, и, прожив в Лондоне несколько лет, Жан Монне длительное время провёл по делам бизнеса в британском доминионе Канада и в британском протекторате Египет, приезжал по делам бизнеса также в США и в Российскую Империю. Жан Монне вернулся во Францию только после начала Первой мировой войной в 1914 году.



Вернувшись с туманного Альбиона, Жан Монне выдвинул идею объединения экономических ресурсов Англии и Франции, и организации совместной системы снабжения, так как только это поможет добиться победы в войне. И тогда с Жаном Монне встретился премьер-министр Франции Рене Вивиани, и согласился с его предложениями. Молодой человек, 26 лет от роду, торговец средней руки, можно сказать «никто, и звать его никак», а премьер-министр воюющего государства нашёл время с ним встретиться!



Возникают очень сильные подозрения, что с Жаном Монне в Лондоне контактировал не только мистер Чаплин, но и какие-то очень серьёзные люди из британского истеблишмента, которые решили сделать сообразительного молодого француза своим представителем на переговорах с французской элитой. Иначе невозможно объяснить, с какой радости никому не известного парня так легко принял и так благосклонно выслушал глава исполнительной власти Французской Республики.



В 1916 году 28-летний Жан Монне был назначен совместным англо-французским координатором по морским перевозкам сырья, продовольствия и боеприпасов. После войны он работал во французском министерстве промышленности и торговли, затем в Лиге Наций, а в 1923 году ушёл в отставку, и вернулся к частному бизнесу.



По делам бизнеса он мотался по всему миру, а женился, как думаете, где? В Москве! В 1929 году Жан Монне познакомился с замужней итальянской художницей Сильвией де Бондини, и та в течение 5 лет пыталась развестись с мужем по итальянским законам, но ей не удавалось.



И тогда два советских дипломата, сотрудник советского представительства в Лиге Наций Людвиг Райхман и советский полпред (т.е. посол) в Китае Дмитрий Богомолов, с которыми он познакомился во время своих многочисленных поездок, предложили Жану Монне такой вариант: Сильвия де Бондини получает советское гражданство, разводится с мужем по советским законам (тогда допускался развод без согласия мужа и без его уведомления, если он проживает за границей), и свадьбу играют в Москве. Так и сделали. 13 ноября 1934 года брак был зарегистрирован в Москве, супруги после этого покинули территорию СССР, и больше никогда в нашу страну не возвращались.



А советское гражданство, между прочим, кому попало не давали — только постановлением Президиума ЦИК СССР. Если два советских дипломата, рискуя карьерой (времена были сталинские, тогда шпионом и вредителем могли объявить за всё что угодно), взялись устраивать личную жизнь иностранного бизнесмена, и пробивать через высший орган Советской власти юридическую махинацию с разводом его любимой женщины, значит, у определённых кругов в советской верхушке была заинтересованность в связях Жана Монне в британской и французской элите.



Кстати, один из организаторов свадьбы Монне, Дмитрий Васильевич Богомолов, в 1929-1933 годах, до назначения в Китай, работал в советском полпредстве (посольстве) в Великобритании.



Через три года после организации свадьбы Монне Богомолова расстреляли — в 1937 году, когда наркомом внутренних дел был Николай Иванович Ежов. А затем и самого Ежова, и большую часть ежовцев перестреляли в 1938-1940 годах, когда наркомом внутренних дел был Лаврентий Павлович Берия, об англо-французских связях которого уже говорилось.



В декабре 1939 года Жан Монне стал председателем находившегося в Лондоне Англо-французского координационного комитета по военной промышленности, взявшего на себя управление военными отраслями промышленности двух стран и снабжение английской и французской армий.



В начале 1940 года английский премьер-министр Невилл Чемберлен, а затем и сменивший его Уинстон Черчилль, обсуждали с Жаном Монне идею создания Соединённых Штатов Европы, и как первый этап их создания рассматривался Франко-Британский Союз.



Генерал Шарль де Голль, который с 5 июня 1940 года был координатором по вопросам военного сотрудничества между Англией и Францией, и находился в Лондоне, участвовал в обсуждении создания Франко-Британского Союза, и 16 июня 1940 года генерал де Голль связался с французским премьер-министром Полем Рейно, и предложил объединить Великобританию и Францию в единое государство с единым правительством, единой армией и с единым гражданством.



Однако де Голль опоздал на один день — 15 июня французское правительство проголосовало за заключение перемирия с Германией. Франко-Британский Союз не состоялся. Поль Рейно подал в отставку, а следующий премьер-министр Франции Филипп Петен подписал 22 июня 1940 года Компьенское перемирие с Германией, согласно которому север Франции был оккупирован немцами, а в южной и центральной части Франции действовало правительство, сотрудничающее с Германией («правительство Виши»).



Генерал де Голль новому правительству не подчинился, и поселился в Англии, где создал организацию «Свободная Франция» (в 1942 переименована в «Сражающуюся Францию»), со штаб-квартирой в Лондоне.



Жан Монне в августе 1940 года был командирован в США в качестве члена Британского совета по поставкам и официального представителя британского правительства, чтобы вести переговоры о военных поставках из США в Великобританию и о вступлении США в войну с Германией на стороне Великобритании.



Как говорится, маски были сброшены — теперь Жан Монне уже вполне официально стал британским государственным служащим, официально уполномоченным вести переговоры в США.



И вот этот бывший официальный представитель британского правительства занялся после войны практической организацией «Соединённых Штатов Европы», идею которых публично озвучил Черчилль.



Если не понимать, что Европейский Союз — это творение Англии, и его теневым кукловодом является именно Англия, публично не афиширующая своей роли, в послевоенной и в современной политике разобраться невозможно.



Англия поначалу решила формально не вступать в Европейское объединение угля и стали, и сделала это только в 1973 году. Во-первых, в целях маскировки, а во-вторых — какой смысл во всяких формальностях, если «Отец Европы» — это бывший британский госслужащий, значительную часть своей жизнь проживший в Лондоне? Тайная власть бывает эффективнее публичной власти — меньше формальностей, больше реальных дел.



Кроме того, формальное вступление в межгосударственное объединение накладывает значительные ограничения на собственный государственный суверенитет. Такие ограничения лучше накладывать на других, а самим себе оставлять свободу для манёвра. Пастух не становится членом стада, пастух гонит это стадо в нужном направлении. Думаю, для Великобритании было бы лучше вообще формально в 1973 году в европейские объединения не вступать. Всё-таки не царское это дело — вместе с холопами впрягаться.



18 апреля 1951 года был подписан договор о создании Европейского объединения угля и стали, а в октябре 1951 года Уинстон Черчилль снова был назначен премьер-министром Великобритании. Он это вполне заслужил — озвученная им идея объединения Европы стала практически претворяться в жизнь.



Американцы сразу же поняли, какую опасность таит в себе европейская интеграция, и в том же 1951 году резко сократили помощь Европе по «Плану Маршала», а в 1952 году в Египте был устроен военный переворот, и произошла уже описанная в главе «Иван Серов и агент «Володя». КГБ против Хрущёва» цепочка событий, приведшая к Суэцкому кризису и установлению советско-американского контроля над Суэцким каналом — то есть, контроля над путями поставки нефти в Европу.



И в таких условиях европейцам пришлось сделать ещё один очень серьёзный рывок в направлении экономической и теперь уже политической интеграции. Раньше они боялись идти дальше, опасаясь утраты суверенитета, но тут уже обстановка их подгоняла.



25 марта 1957 года страны, входившие в Европейское объединение угля и стали, подписали два Римских договора, по которым создавались Европейское экономическое сообщество, Европейское сообщество по атомной энергии и Европейский парламент. Создавалось не только единое экономическое пространство, но и единые общеевропейские органы управления, хотя и с крайне ограниченными полномочиями, но всё же начало было положено.



Англия формально вступила в эти органы только в 1973 году, хотя открытое вступление скорее даже не требовалось. Можно было вообще не вступать, ведь Жану Монне удалось внушить европейским лидерам нужные британцам идеи, и те делали всё, что от них хотели.



А в следующем, 1958 году, англичане выпустили на ринг своего самого главного бойца — генерала де Голля.



1 июня 1958 года Шарль де Голль, который в июне 1940 года предлагал французскому правительству объединить Великобританию и Францию в единое государство, сам теперь французское правительство возглавил, и стал премьер-министром Франции.



В сентябре 1958 года была утверждена новая Конституция, дававшая президенту очень большие полномочия, в декабре 1958 года де Голль был избран президентом, и 8 января 1959 года вступил в новую должность. 23 ноября 1959 года Шарль де Голль произнёс речь в Страсбурге, призвав создать единую Европу «от Атлантики до Урала».



Некоторые пытаются истолковать эту фразу так, что будто бы де Голль не видел Англию в составе будущей Европы, так как в своей речи про неё ничего не сказал. Но достаточно взглянуть на карту, чтобы понять — остров Великобритания, находящийся в Атлантическом океане в 40 км от французского побережья, это естественная часть Европы, и никаких дополнительных разъяснений здесь не требовалось.



Самое главное в речи де Голля — это как раз то, что все видят и читают, но упорно не замечают: «Европа от Атлантики до Урала». Урал, если кто запамятовал — это в России. Генерал де Голль собирался включить в состав объединённой Европы в том числе и Европейскую часть СССР. Де Голль попытался сблизиться с советской верхушкой, но наши правители тогда ограничились взаимными визитами, переговорами и заявлениями, однако на интеграцию с Европой не пошли, и правильно сделали.



Кто-то, возможно, от мысли, что нас примут в Европейский Союз, придёт в неописуемый восторг — ура, ура, ура, мы будем частью Европы! Если следовать такой логике, то надо было не воевать с Наполеоном и Гитлером, а сдаваться — жили бы тогда в единой Европе (если бы не русские, эти два деятеля единую Европу совершенно точно построили бы и сохранили).



Для России нет необходимости становиться европейской колонией. А управлять Европой на равных с теми же англичанами, французами и немцами нам никто не позволит. Мы их интересуем как сырьевой придаток, и не более того.



В 1962 году президент де Голль назначил премьер-министром Франции Жоржа Помпиду — генерального директора банка Ротшильдов. А Ротшильды — это, как уже говорилось, управляющие деньгами английской королевской семьи.



Иными словами, к де Голлю приставили «смотрящего» от Англии, чтобы он ничего не напутал — предстояла самая трудная битва, самая сложная задача, решить которую было крайне тяжело: де Голлю было поручено свалить доллар.



Обстановка к тому времени для Европы сложилась весьма пренеприятная. Почти полностью лишились колоний (за исключением совсем мелких и бесполезных) Англия, Франция, Бельгия, Нидерланды. В португальских колониях в Африке отряды «борцов за свободу», подготовленные и вооружённые Советским Союзом, теснили правительственные войска.



Франция, кстати, лишилась абсолютного большинства своих колоний именно при Шарле де Голле. Когда он стал премьер-министром в 1958 году, Франция была на тот момент крупнейшей в мире колониальной империей (официально называлась Французский
рейтинг: 
  • Не нравится
  • +1
  • Нравится



Если Вы заметили ошибку, выделите, пожалуйста, необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редактору. Спасибо!!
Оставить комментарий
иконка
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Квартира в Воронеже
domhome36.ru - Ваш помошник в выборе недвижимости. Новостройка, вторичный рынок, котеджи, жилой комплекс. Лучшие специалисты в сфере недфижимости. Не упустите свой шанс.
  • Выбор
  • Читаемое
  • Комментируют
Подписка на новости
Посетители
счетчик

 

Яндекс.Метрика